Детские страшилки: фольклор, мифы и тайны из нашего детства

Рубрики

Детские страшилки: фольклор, мифы и тайны из нашего детства

12.03.2026

В детстве я была пару раз в летнем лагере. У каждого отряда был свой корпус, разделенный на палату мальчиков и палату девочек. И, пока мальчишки после отбоя устраивали бои подушками, мы, девочки, рассказывали друг другу страшилки.

Лишь спустя десять лет, уже в универе, я узнала, что наши страшилки относятся к занятному виду фольклора. Это — детский фольклор, вернее его самая интересная часть — мифология. Не думайте, что мифы имеют отношение только к древней Греции. Вот и нет. В каждом дворе есть свои мифы и легенды, даже и сейчас.

Живучесть дворовых легенд: история про качели

Взять хотя бы популярный миф, кочующий с одной детской площадки на другую — «о девочке и качелях». Не слышали еще? Ну да, ведь это детский фольклор, а все вы — взрослые тетеньки.

Суть сводится примерно к такому: «Видишь качели? Вон та качелька сама раскачивается по ночам. А знаешь почему? С них упала девочка и разбилась насмерть. Теперь, кто на них сядет, тот умрет».

Вариаций «качельной страшилки» несколько: они закачали девочку до одурения, сбросили и убили; они могут раскачаться сами и не остановиться; они не подпускают к себе детей и раскачиваются самостоятельно.

Я услышала этот разговор девочек лет шести-семи и сразу же вспомнила свое детство... и подивилась, до чего живуч детский фольклор. Мне когда-то рассказывали подружки нечто подобное, но о карусели в парке. Вдруг вспомнилось все: истории о черных-черных комнатах и об ужасных старушках с кладбищ, которые хотели «отнять мое сердце!» (эти слова надо произносить страшным голосом, страшно вытягивая скрюченные руки!).

Детские страхи и суеверия: эволюция страшилок

Интересно, что начинаясь лет в семь-восемь, в чисто детской среде, где мало взрослых (чаще всего во дворе, у костра или в детской спальне) «страшные страшилки» сначала действительно СТРАШНЫЕ. Чем старше становится ребенок, тем неожиданней и оптимистичней финал. Замечали?

Если в самом начале в черной-черной комнате черные занавески душили по очереди папу, маму и братика, а девочку "не додушили" по чистой случайности, то в этой же истории со временем появляется жизнеутверждающая концовка: девочка сожгла черные занавески, и из них появились папа, мама и братик.

Та самая история про черные занавески

Что, вам не знакома такая история? Держитесь крепче, это ужас...

Купила семья черные занавески. Ночью черные занавески говорят папе: «Встань!» Папа встал. «Иди к столу!». Папа подошел к столу. «Залезь на стол!». Папа залез на стол, и ... черные занавески задушили его. На следующую ночь пришла очередь мамы, а потом и братика. Девочку, последнюю оставшуюся в живых, черные занавески тоже не пощадили бы, но она встала НЕ на стол, а — рядом с ним. Видно, глуховата была))) И занавески задушили пустое место!

Нам, взрослым, странно, как можно рассказывать такой очевидный вздор, и верить, и бояться. Но так выражают дети свой страх перед неизвестным, свою боязнь потерять близких, свою беззащитность перед смертью. И с другой стороны, «приделывая» страшилке другую концовку, дети намеренно обесценивают ужас, сводят его к юмору, высмеивают собственные страхи и страхи слушателей.

Они совсем не страшные. Они смешные

Примером служат черные гробы на колесиках с нестрашными чертиками, те же черные гробы в черных комнатах, на черных столах, но гробы, которые скрывают в себе не мертвеца, а... красную морковку или пушистого котенка.

Сюда же можно отнести известную всем страшилку о благообразной старушке, которую по разным версиям таксист или мотоциклист привез на кладбище, а она пришла с руками, перепачканными землей и на вопрос: «Почем так долго?», страшным голосом отвечает нечто вроде: «тебя дожидаюсь!» или «отдай свое сердце!». Эта концовка, когда рассказчик заранее планирует кульминацию, имеет прямо противоположный эффект — испугавшись, слушатель затем расслабляется: эта страшная бабушка — всего лишь шутка, выдумка!

Немецкая страшилка: виноград, капуста и морковка

Мне приходилось подслушать игру немецких детишек. Довольно поздней ночью они залезли в палатку и играли в «расчлененный труп». Ну да, вот так вот просто.

Я застала игру не с самого начала, но расскажу то, что удалось услышать. Позже я восстановила суть, расспросив племянницу о предметах игры.

Заключалась она в следующем. По кругу в полной темноте передается из рук в руки нечто круглое, скользкое и холодное... это глаз мертвеца. Затем — следует нечто мягкое, холодное и мясистое — это нос мертвеца. Затем идет оторванное ухо... А потом — шушуканье, хихиканье и, наконец, взрыв хохота, все падают от смеха, корчатся и дрыгают ногами. Ну как, есть идеи?

Признаюсь, меня тоже разбирало любопытство! Племянница взяла с меня слово, что я не проболтаюсь ее матери, и показала мне чашку, где лежали детали «расчлененного трупа». Это были: очищенная крупная виноградина, кусочек цветной капусты, ломтик яблока и ... симпатичная морковка с хвостиком. Как вы уже догадались, наверное, — морковка и вызвала шушуканье, а потом бурное веселье. Это была «пиписка» мертвеца. Так немецкие детишки разделываются со своими страхами — страшилками с веселым концом.

Детские ритуалы и устные предания — настоящий живой фольклор

Став взрослой, мне приходилось видеть продолжение нашего детского ритуала по вызыванию духов. Среди наших «любимчиков» был дух Пушкина. У моих дочек это стала — Пиковая дама.

Но вот что примечательно: у моих дочек и их подружек вызывание духов закончилось пуганием друг дружки страшилками, что Пиковая дама убила одну «девочку насмерть», а потом «приходила за каждой, кто потревожил ее покой». Дочка даже говорила, что во время ритуала у них распахивались окна и по комнате гулял ледяной ветер. Так или иначе, а вызвать духов они перестали, но, слава Богу, все остались в живых.

Просто удивительно, до чего живучи эти детские традиции. И, как это свойственно настоящему фольклору, детские истории — настоящие устные предания. Во-первых, многие их носители еще не слишком хорошо умеют писать, а во-вторых, они передаются из поколения в поколение: от подрастающих детей — младшим и так — десятилетиями.

А у считалок, игровых зазываний, заклинаний и дразнилок, судя по древности отдельных словечек, и вовсе трудно определить истинный возраст.

Взять, например, детские наивные и суеверные заклинания: «Чур три раза, не моя зараза», «Чур не я!» — они явно уходят своими корнями в языческое прошлое славян. Страшно подумать, какие это старинные заклинания, ведь крещению Руси уже больше тысячи лет.

Я не специалист, но такие мысли приводят меня к заключению: детский фольклор — интереснейшая штука, а дети — настоящий народ, вернее, народец.

А ваши дети рассказывают страшилки?

А вам известны примеры страшилок? Вы еще способны вспомнить страшные истории и посмеяться над своими детскими страхами? Поделитесь в комментариях своими любимыми «страшилками» из детства!